kniga_bukv (kniga_bukv) wrote,
kniga_bukv
kniga_bukv

Category:
  • Music:

De grands bataillons sont toujours raisons

в среду разбираю выставку в Массолите
завтра последний день когда можно посмотреть на две новые работы

а для живущих далеко от Будапешта
буду писать и ставить картинки в сюда
затем собственно эта бодяга и затеялась



кстати
во второй части Книги_Букв называющейся Книга_Цыфр
будет всего несколько работ
четыре или пять
и на этом мы Книгу_Букв закончим
надоело уже с литерами возиться и хочется просто порисовать красивое что-нибудь
девчонок птиц зверей город Будапешт апельсины рубанок и красную скрипку

ну или во всяком случае
если не закончим то отложим надолго



в названии этой работы
любимая поговорка Наполеона
на русский она переводится как
большие батальоны всегда правы

я был странный ребёнок и даже в детстве никогда не восхищался
Наполеонами Кирами и прочими Цезарями
восхищался царём Леонидом вставшим в строй со своими воинами
а этими нет

и вообще про Лаперуза или де Ла Саля мне было интереснее чем про любую войну





а уж отслужив рядовую срочную службу в советской армии
посмотрев на её несложных людей и подлые социальные механизмы изнутри
и получив антимилитаристскую прививку на всю жизнь
за любыми барабанами фанфарами генеральскими лампасами и прочей дребеденью
слышу запах портянок и вижу маршала авиации Кутахова
орущего матом на полковников и генералов нашей дивизии
точно так же как они орали на лейтенантов
а лейтенанты пытались на нас

и не то что бы я сильно обиделся и затаил а потом долго лелеял месть да ну
оно само так вышло когда я складывал на полу мастерской литеры из цифр
и думал что же это такое у меня получается





и вот получилась такая работа
справа слава убитых сегодня
слева восторг пока живых
посередине стираные перестиранные бинты
хлоркой посыпанный сортир
запах карболки и пригоревшей перловой каши

и кто-то в центре перекладывает костяшки
так так так
сегодня у нас корнет Оболенский пока налево
а капрал Жерар направо
да и весь его взвод туда же
что мы тут будем мельчить

примерно такие были мысли во время сочинения работы
и текст к ней про это же
только по другому рассказано





De grands bataillons sont toujours raisons

Сударь, помилуйте, что такое Вы говорите? Он любил Францию? Вздоры!
Она была ему нужна. Все эти выспренности: Отечество, Свобода, Равенство и протчее –
он просто пользовался этими фанфарами по мере необходимости
и избавлялся от них после использования.

Женщины? Нет, он не любил их. Влюблялся, конечно, это случалось с ним. И не раз.
И каждый раз совершенно искренне. Но эти игрушки наскучивали быстро.
Слава Богу – предлог для прощания оказывался всегда под рукой,
ничего не нужно было выдумывать – барабаны били «В поход!» каждое утро.

Друзья? Только после смерти кого-либо этот кто-либо становился его другом.
Среди живых у него не бывало друзей. Никогда не были его друзьями
ни Мишель Ней, «храбрейший из храбрых», ни Луи Александр Бертье, «умнейший из умных»,
ни Жан Ланн, над телом которого он плакал, ни хитрец Бертран Коленкур,
ни умница Луи Николя Даву. Нет, сударь. Нет!

Вот его как раз любили. Его обожали! Его боготворили. Ему верили. Но ведь и было за что.
Он был щедр, он был внимателен, он был приветлив, особенно к своим самым любимым игрушкам.
Даже, следует сказать, единственно любимым игрушкам. Он понимал, как с ними обращаться.
Он мог часами стоять рядом с ними под обстрелом. Он мог идти пешком на марше в строю
самого невидного пехотного полка. Мог послать эскадрон улан на батареи,
стоящие одна за другой на узкой горной дороге, и после, как они говорили, «дела»,
снять шляпу перед весьма немногими уцелевшими и крикнуть так, чтобы вся армия услышала:
«Вы – самые храбрые!»

И это была не поза, хотя он мог считать себя недурным артистом.
Любил ли он их? Да, это вопрос. И нет и да. Он не любил их как личностей, как персон.
Никого, сударь. Ни-ко-го.

Но он любил их en masse. Он любил их, когда они шли батальонными колоннами
мимо его командного пункта на высоты Працена, на Большой Редут при Москве-реке,
на хлипкий мост острова Лобау. Шли за победой, его Победой.

А доводилось ли видеть Вам поле победы, сударь? Поле победы – поле, полное стона, полное боли,
полное искалеченных тел тех сломавшихся игрушек, помочь которым уже не мог никто.
Уцелевшие уходили, оставляя в тылу похоронные команды, уходили маршевым шагом, дальше,
к будущему Полю Победы, которое пока ещё было просто полем.

И вот за то, что кроме них никто не мог принести ему Победу – его Победу – он и любил свои игрушки.
И это была любовь крестьянина к корове, которую он кормит и холит, но доит каждый день
и когда придет время, забьёт твердой и уверенной рукой.

Такова была их судьба.
Судьба больших батальонов.
Которые всегда правы.




De grands bataillons sont toujours raisons
2013
Дерево, сталь, метизы. Акрил, эмаль.
82х138х7
Tags: книга букв
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments

Recent Posts from This Journal