kniga_bukv (kniga_bukv) wrote,
kniga_bukv
kniga_bukv

Category:
  • Music:

Смирение и Кротость или Встреча одноклассников

7_2_смирение_02

В Книге Букв мы играем в такую игру: собирается и раскрашивается картинка из деревенных литер,
потом к ней пишется текст. Текст не всегда ответ на вопрос "что же хотел сказать художник?"
Скорее, вообще не ответ или не на этот вопрос.
Тексты, сопутствующих объектам, как правило о смыслах в лучшем случае близких картинкам
и параллельных им во всяком случае.
Иногда они разворачиваются в сюжеты, иногда это заметки на полях.
Как там Ильич на полях Канта помечал - Sic! - Ага!
Вот и у нас примерно так же.

Как правило они короткие, но иногда и нет. А вот к объекту Смирение и Кротость,
объекту в Книге Букв в некоем смысле случайному, вдруг написалась странная космогония
совершенно графоманского объёма.

И получился текст, на мой взгляд, интереснее картинки, что у нас тут тоже редкость.

7_2_смирение_01

7_2_смирение_03

7_2_смирение_04

7_2_смирение_05

Смирение и Кротость
или Встреча одноклассников

                  Богу угодно было наказать меня вами,
                  но я со смирением переношу это испытание и, как Иов,
                  нахожу утешение в страданиях и постоянном труде.
                  Антон Чехов. «Моя жизнь»

Так это же я предложил министру торговли СССР дефицитные товары с нагрузкой продавать.
Правда, я не сказал ему, что эту фишечку я придумал ещё три, без малого, тысячи лет тому как, ага.
А ты не знал, что ли?

Дело-то как было. Главным материально-ответственным лицом тогда Кронидыч был,
и ему понадобился свой человек на складах. Матушка моя ещё мною была брюхата,
как я уже был записан в общий список олимпийцев помзамзавскладом.
И в служебном расписании я не богом числился, как ты. Меня при рождении вывели за штат,
а то кладовщик, и вдруг – бог. Батюшка сказал: хватит с меня Гефеста,
ещё один производственник в штате ни к чему. Мы тут повеселиться собрались,
а не промышленную революцию затевать.
Но бессмертие выдали мне небольшое, да.

Сначала шестнадцатой категории у меня было бессмертие, только от укусов насекомых гарпий.
Это я уже потом, когда пообтёрся, воткнул по-тихому в складскую заявку Перикла
на госмудрость в ассортименте, в самую середину списка, категорию бессмертия высшую
и только для себя. А потом и до бессрочного проапгрейдил. Когда Зевс Кронович заявки мои
уже до конца не дочитывал, и я таким манером много чего получил по левым ведомостям.

Меня же Зевс для складской работы, так сказать, создал. Не знаю в подробностях как,
думаю, старым способом – через нимфу или человеческую женщину. Ты лучше меня в курсе,
кто маманя моя была. И как он маманю уболтал, это ты лучше мне расскажи,
по твоему же ведомству мероприятие проходило. Расскажешь, может, про маманю мою?
Жаль, что не помнишь, очень, очень жаль.
Ладно, проехали.

Но, как я потом понял, дело было нетрудное при минимальной фантазии.
Золотые дожди там, или лебедем прикинуться – много ты ему придумал способов баб охмурять, молодец.
Ну, Эрос, давай накатим за родителей! Хороший коньячок, скажи!
Olimpium ABDD, но расшифровку маркировки – Ambroisie boisson des dieux – только я знаю.
Сам придумал. Скажи, смешно? На ферме одной под Коньяком для меня специально делают.
Ну продаю немного, конечно, не без того. На вес золота, само собой, поэтому стекло толстое. Конечно, берут.

Да, тебе проще, конечно, в каком-то смысле. Тебе родители и вовсе не нужны,
ты сам главная космогоническая потенция, как и Хаос, папаша твой.

А я с из детства вообще ничего не помню, кроме мануфактуры гефестовой
и твоей кладовки со стрелами. У меня под вязанками твоих стрел норка была у дальней стены кладовки,
ну, ты помнишь, наверное, ту кладовку свою – там я от баб и прятался. Они меня сильно доставали,
пока мелкий был. Гера меня как-то раз в осла позолоченного превратила, но Афина заступилась,
перевоплотила в обратно. Она одна меня не пинала, мимо проходя, а остальные бабы – Артемида,
Афродита, Деметра – ну просто житья не давали. Не путайся под ногами, выблядок сраный, –
всё время орали, ага. Помню! А что поделать, Эротыч,  что поделать – кака ни есть, а всё семья.
И Гефест тоже нормальный был мужик. А тебя я и видел-то пару раз всего, пока ещё на корпоративы ходил.

Конечно, потом, когда я на склады вышел, они по-другому заговорили, и тут уже я им всё припомнил.
Только Афине всегда отгружал без очереди, чотко по спецификации, даже с горочкой,
и в таре нормальной, а не как этим заразам.

Помню Персефона как-то припёрлась за семенами плодородия. И дерзко так:
«Эй ты, кладовщик, ну-ка, давай-ка мне-ка по-быстрому!» Сейчас, думаю, дам,
давалку отрасти сначала, коза царствомертвенная. И говорю ей так очень-очень вежливо:
тут у Вас, глыбокоуважаемое Ваше преисподнее, накладная на двенадцать ахейских драхм семян плодородия,
а у меня семена мешками – по сорок четыре минойских таланта. И накладная у Вас под литером «гамма»,
то есть самовынос. Так что давай тару, куда отсыпать, а то мне по указанию Руководства
не положено упаковку разбазаривать всяким подряд получателям. Ошалела такая, тон сразу сбавила,
куда же я, говорит, отсыплю? А у неё, естественно, ничего с собой и нет. Ну, говорю я ей, это уже дело не моё,
это дело ваше, божественное, и я, как простой завскладом, на сие не посягаю. Куда хошь насыпай – хоть в подол.
И что ты думаешь – задрала хитон – на, сыпь! Видел бы ты в этот момент глазищи ейные!
В Аиде, прошипела, увидимся, там продолжим наш разговор. Ну, вобщем, посмотрел я,
как там у Персефоны, ага. А ничего особенного, сам же знаешь, – как у всех баб.
Но не увиделись мы в Аиде, нет.

После этого все, даже Гера, с авоськами стали ходить. Золочёными, ага.

Вот. Но это всё уже после было, когда после средней школы в Милете
и ускоренной Беотийской академии складского дела бросили меня на низовку –
на склады нематериальных ценностей. Ну принял хозяйство, стал заведовать.
Разные на складах были ништяки: жидкие, сыпучие, упаковками в таре различной,
керамика там дипилонская крупноформатная, кожаная одноразовая упаковка всякая,
развесовка самая разная, весы некалиброваны, пробирная служба вообще отсутствует.
Одним словом – бардак. Потом, когда освоился, я навёл там порядок, ага. Свой порядок.

И людей построил как надо, через жрецов, конечно. Люди нам жертвы экологически
чистыми продуктами понесли, а Олимпснабсбыт им – нематериальные ценности.
И главное, все просили сначала одно и то же: храбрость, силу, красоту, редко-редко – мозги.
А я тогда только начинал свой путь в складской логистике, не понимал многого –
принёс пассажир заявку завизированную, я и выдавал что запрошено, совсем ещё глупый был.
И недолгое время спустя – смотрю – одни герои по земле бегают. Сам чмо ахейское,
смотреть не на что – дурак дураком, а туда же, герой, глядь! Начальство на Олимпе
с тоски дохло глядеть на этот пафосный и скучный цирк. А у меня на складе
затоваривание началось совсем не по делу и должность моя как-то пошатнулась.

Подумал я и вышел в руководство с предложением: выдавать все ништяки с обязательной нагрузкой.
Храбрость – с глупостью.
Мудрость – с печалью.
Талант к науке – с равнодушием к этому твоему делу.
Красотину с фригидностью – бабам, с ранней смертью – мужикам.

Ага, дихотомию тоже я придумал, ещё до Зенона и Леви-Стросса, но на вашу пару,
на тебя с брательником, глядя. И ты знаешь, как-то пошли на земле пободрее дела,
и семейка моя повеселела, зашевелилась, стали они встревать в эту весёлую жизнь.
Меня в поощрение повысили ещё и в культмассовый сектор, кроме складов.
Замполитом стал и зампотехом, заместителем по литературе и по потехам, в смысле – играм.
Игры начал развивать, сначала строительные, потом стратегии, потом эрпэгэ и квесты.
Стало чего посмотреть и во что поиграться. Жизнь стала налаживаться на Олимпе.
Зевс был всем доволен и прикрывал меня от баб.

Помню как сочиняли одну очень популярную тогда эрпэгэ – «Трояния» называлась.
Сначала в виде настолки, потом я онлайн-версию запустил, потом снова настолки пошли.
Индусы из неё шахматы придумали, черти. Сто восемь версий вышло. Неужели не помнишь?
Ну да у тебя были свои игры, игра, точнее.
Одна, но нескончаемая.

Потом, несколько столетий спустя, один хиосец, переигравший в эту «Троянию» до одури,
включая боковые миссии про возвращение домой, – он их раз по двадцать каждый уровень прошёл,
сбрендил на этом деле, зрение посадил на игрухе в хлам, – написал про это серию фэнтези,
как тогда и было положено – в стихах.

Прикинь, как смешно, – игру уже все позабыли, а стишата его до сих пор рапсодят.
Гнев о богиня воспой, ага, вот-вот, это оно.
Мне там другой припев больше нравится:
С шумом на землю он пал, и взгремели на падшем доспехи.
Прямо слышно, как мужик в бронзовой броне со всей дурюшки о выжженную землю жмякнулся.
Это сейчас больше про афган и колыму поют, а тогда про Трою пели мужики в гаражах после банки.

Ну давай, за нас, за чётких пацанов! Оливки бери с сыром, саламинские. 

Да. Ну вот, заведовал я себе складами и культсектором, левачил немного, конечно, стараясь без палева.
И вот, просматриваю как-то ведомости за четвёртый век и вижу в складских остатках
на списание по невостребованности некие смирение и кротость, ага.
И главное, у меня всё уже давно комлектно: на один дефицит – один неликвид.
А тут какой-то странный набор, совсем недихотомичный.

Но мне тогда вся эта логистика поднадоела. Мне тогда казалось, что я уже давно перерос
и складское дело, и свой уровень, поэтому не горел я уже на работе слишком сильно.
Но и списывать добро просто так я уже не мог. И решил я не париться, а скомплектовать их вместе:
смирение с кротостью. Так они у меня и пошли в накладные парой.

И всё равно никто их не брал. Я уже и уценки несколько раз проводил, и ренейминг, и ребрендинг,
и сезонные скидки лет на сто включал, – да, это тоже я всё изобрёл, в веке третьем до этого самого,
кажется, и всё равно тот склад был совершенно затоваренный. Махнул рукой и забыл.

И тут вдруг, лет через двести примерно, приходит ко мне один перец из деревни где-то в старой колонии,
милетской, что ли, ну, там, недалеко от Тира бывшего, который Филиппид Македонянин раскатал в ноль.
Перец бедный, как мышь из захудалого святилища, но дерзкий, как Лаэртид. И по морде видно,
что никакого тука он нам отродясь не возжигал и в Дельфы сроду не хаживал. И главное – не собирается,
но при этом требует: то ему давай, это ему давай. Мне он так не понравился!
Главное, не пойми кто с улицы припёрся, ничего кладовщику не поднёс, но требует! С меня!

Ну я, конечно, вежливо ему говорю: благодать божественную недопоставили в этом квартале,
зайди на недельке; несокрушимости в вере вообще уже давно нет и когда будет – вопрос не по окладу;
риторический гений только по афинской прописке, да и тот разобрали давно.
Бери, говорю, смирение, но только много не дам – страшный дефицит, и нагрузка с ним обязательная: кротость.
Тот задумался, потом тряхнул кудлатой башкой, говорит: давай. Ну, вынес я ему по мешку в пять талантов того и другого –
на складе как и не убыло говна этого.

Спустя недолгое время ещё двое пришли, уже конкретно за смирением,
требование на отгрузку принесли совершенно левое какое-то, но я сделал вид и выдал им –
вот чего мне тогда было не жалко, так это смирения с кротостью.
Через недолгое время уже бригада целая аж вдесятером или как-то так припёрлась –
конкретно за смирением, и тоже всё не наши. Какие-то чернявые, носатые.
Я спрашиваю: «пацаны, вы чьих, вообще, будете?»

А они мне с усмешечкой: нет эллина не иудея, говорят, и накладными машут очень странными,
и рожи, ну совершенно невообразимые рожи. Пракситель бы от таких профилей совсем бы рехнулся.
Но уболтали они меня – выдал.

Один из них, вот ещё вспомнил, поэтический дар попросил. Я так удивился – давно его никто не спрашивал,
даже отговорить его пытался. Ты, говорю, понимаешь, что смирение и кротость с поэтическим даром –
это совсем тяжёлое сочетание. Он не понял. Ладно, думаю, пусть берёт. А он самый мелкий был в этой  компании,
да ещё и рыжий. Пожалел я его и не стал ему насильственную смерть в нагрузку прикладывать.
Остальные-то дерзкие перцы все по мученичеству пошли, ага. Так этот, с поэтическим даром который,
потом такой квест сочинил – просто угар! Этот квест до сих пор онлайн не поставили.
Говорят, что это будет Самый Последний Квест. Не понимаю, как это, лучше не спрашивай.
Там даже для братца твоего, Танатоса, миссия прописана, как оказалось. На коне!

Выдаю уже по две аттические драхмы в руки. Аттические, заметь, не ахейские.
Смирение и кротость перевожу в скоропортящееся и дефицитное,
прикладываю к ним ну совсем уже гнильё всякое: мученичество за веру,
вечную посмертную работу в сфере услуг, прикинь, в колл-центрах при святилищах на молитвы отвечать всем подряд,
и тому подобные неликвиды. Морщатся, чешут в башках, а всё равно берут, и бабы и мужики.
И не наш всё народ – редко-редко кто из колоний ионических, а больше назореи какие-то, галилейцы, египтяне.
Эх, ёрш твою двадцать, думаю, это что же такое происходит тут у нас?

Решил по начальству доложить. Мало ли что.

Пошёл к Кронидычу перетереть это дело, отчитаться за последнее столетие, да и не виделись давно.
Я всегда старался лишний раз перед командирами не мелькать. Сам понимаешь:
подальше от начальства – поближе к кухне. Прихожу на Олимп, а в приёмной никого – только мусор по углам.
Источник амброзийный пересох вчистую. В зале пиров даже дверей уже нет – ветер гуляет и спросить некого.
В кладовке твоей и мышей нет следа. Я офигел.

Ну, давай, Эрот, за юность нашу боевую! У тебя она пораньше началась, но всё равно боевая,
ты же лучник по жизни, солдат любви и боец гламура!

Так вот.
Иду дальше по Олимпу. У Гефеста в кузницах вообще ни гвоздика – одни стены закопчёные,
но, правда, по следам видно, что всё было аккуратно собрано и куда-то спокойно эвакуировано.
Даже горны и литейка разобраны, а не поломаны. Ну это понятно – хороший кузнец он нигде не пропадёт,
хоть в Иберии вестготской, хоть в Британии скоттской. Но почему? И что случилось ваще нахрен?
Где все? Ничего не понимаю. Но жить как-то надо.

Работаю дальше, держусь, думаю, может наладится ещё. Пока склады работают – организация существует!
А запасы-то на складах начинают приподзаканчиваться, и поставок не видно, и контракты не продлеваются,
и платежи всё туже проходят. И главное – заявки на имя Зевса пошли мне напрямую. Стремался сначала
их визировать, потом И.О. придумал, ага, это тоже я. А люди-то ещё идут. Уменьшил выдачу.
Ревизию провёл и пересортировку наборов, чтобы с одной глупостью не остаться.
С хорошим ништяками, типа удачи и любви, такое стал в нагрузку выдавать, что до сих пор стыдно.
Спрос стал падать. Прокантовался кое-как ещё лет полтораста-двести. А потом как отрезало!
Поступлений – нет, получателей не стало, склады совсем опустели.

Ну а что я – подмёл за собой, заполнил приходно-расходные свитки, запер двери,
сложил в мешок отложенное для себя на чёрный день, да и пошёл куда глаза глядят.

Заглянул по старой памяти на Олимп, а там только скалы, деревья и козы дикие,
как и не было ничего: ни чертогов божественных, ни самих богов. Народ в долинах говорит,
дескать, другие боги начались, новые, а старые – закончились. И так мне стало одиноко,
так страшно, так тоскливо – ты не поверишь. Даже Каллипигу, злыдню, так бы и приобнял,
если бы встретил.

Погоревал я, конечно, недолго – веков восемь, от силы двенадцать. Ну как погоревал?
Тризны справил по всем по вам без исключения, тысячу гекатомб каждому. Семья – это святое.

Давай за семью по полной! Вот закуси, это к коньяку просто лучше нет.

Тебе, кстати, – тоже тысячу. Извини, если что. Не подумал тогда, что ты не должен был кончиться, ага.
Быков на вас извёл – страсть!

Покупал, воровал, выращивал. Даже торговлишку кэрээс пришлось завести небольшую.
Сам понимаешь: пацан сказал по тысяче гекатомб – должон сполнить.
Помню, с пришлыми как-то завязался, ну, с абсолютными дикарями,
насчёт быков купить-продать-своровать, где-то на север от Фракии их встретил.
Они аж с Рифейских гор пришли. Услышали, говорят, зов опустевшей от богов земли, вот и пришли.
Ну да, как не опустевшей-то. Сам думаю, экие бойкие пацаны, надо с ними ухо востро держать.
Дикари, конечно, а про землю понимали. И быки у них – ну просто загляденье какие быки!
светло-серые, с огромными рогами, как у минойцев когда-то, но ещё больше и красивше.
Лет двести я с ними гужевался, а потом и у них началось всё то же самое – новая вера,
как у всех, и вот это вот всё. Быки только и остались.

Ну так вот, справил тризны по всем вам. где-то веков через восемь отпустило меня.
Похмелился неспешно, протрезвел, помылся, побрился и, сочинив резюме, пошёл работу искать.

Нашёл, конечно.

Образование – профильное, опыт – колоссальный, а бессмертие и прочие мелкие радости,
типа здоровья, они при мне – их никто не отменил, потому как мои бонусы уже
не на веру людскую были закорочены, а на движения небесных тел.

Я под шумок персидского нашествия, – тогда такой был клёвый бардак у нас на складах,
как всегда во время войны, – потихоньку себе весь личный скилл проапгрейдил по полной.
Выписал себе авансом золотой, так сказать, парашют. Афина, кстати, и намекнула мне,
когда приходила за стойкостью для Леонида Агеада, что эта музыка не будет вечной.

Давай за хороших девчонок уже накатим, как следует, а то ты такой скучный сидишь!
Надоели, что ли, девчонки?

Да я же уже рассказывал тебе, как я апгрейдился: просто не жадничал,
пару раз за столетие впишу в складское требование немножечко для себя и нормуль.
Тут главное – не наглеть и помногу не хапать. Смирение, как говорится, паче кротости, ага.
Если бы ты тогда ко мне обратился, я бы и тебе пособил, чем бы смог.
Но ты же не снизошёл, кто я тогда был и кто ты, понимаю, ага.

Минусы, конечно, в такой механике бессмертия есть, и ещё какие. Как солнечное затмение, так я – никакой.
Потом, правда, один парс в Самарканде, ибн Шахрух ибн Тимур – хороший был мужик, подсказал мне,
что затмения не по всей Ойкумене ходят, и научил, как от них скрываться. Полегче стало.
Но как комета какая подлетела – так хоть увольняйся. Вот тогда я и пожалел,
что не подсунул олимпийцам игруху про ребилдинг космогонии или хотя бы солнечной системы,
особенно планеты нашей. Может, и довели бы до ума торнады эти, вулканическую активность,
другие катаклизмы. Зубы, может, китам бы придумали и габариты им подняли до авианосца, а то жалко их.
Да много чего смешного можно было бы замутить. Не хватило тогда мне соображалки,
когда ещё работала вся эта механика, а потом поздно стало.

Ну давай за китов, как проявление воли божественной во всём сущем! А что я сказал?
Я и сам не понял, ты сырок бери лучше.

Так вот. Пошёл работу искать.

Огляделся вокруг – совсем мир другой. Боги другие правят, святилища другие строят,
гимны другие поют, жертвы другие приносят – и всё мимо.

И главное, смотри – вся структура, у этих, с крестами, та же самая, какая у нас на Олимпе была,
ничего нового. Бог-отец, бог-сын, заместители по разным ведомствам, гражданские там отношения,
имущественные, ремёсла различные, только структур ещё больше и бюрократия тяжелее.
И жрецы стали вообще очешуевшие вконец, берегов совсем не видят.

Но департамента любовного нет нормального, ага. Сплошные смирения кротости!
Как они размножились с такими установками? Ума не приложу. Я так понимаю, Эротыч,
ты потому и для того и пресуществуешь. Но, я думаю, и эту структуру тоже когда-нибудь закроют.
Имей в виду.

Я, кстати, все эти годы разносил по-тихому истории про нас, про олимпийцев.
И по доносившимся до меня отзвукам понял, что не я один уцелел.

Потом уже узнал, что брательник твой, Танатос, вполне вписался в новую власть, хоть и под другим именем,
но всё по той же специальности. Правда, уже не единственным дестроером, а одним из четырёх вестников
конца одного из нынешних сущих, даже лошадь ему выдали, ага. Ну братик твой, не в обиду тебе будь сказано,
Амурчик, всегда был немного туповатым дебилом. Кроме деструкции ремесла никакого и знать не хотел,
хоть и был сущностью изначальной, как и ты. Но ты у нас сущность самодостаточная,
а Танатос без приказа вообще никогда ничего не мог. Он только в жёсткой структуре и способен существовать:
чтобы сверху страшный генерал, как Кронидыч, снизу прапоры тупые, как Арес,
а сбоку исправное военное интендантство, сам понимаешь кто.
Просто позор титанов, ей-богу, прости, если наплювал в душу.

Тебе-то хорошо. Ты, скорее всего, по изначальному плану всегда будешь с работой,
пока люди не кончатся, это мне нужно крутиться, как Прометею. Тебе-то что, заявку принял,
стрельнул, и хоть трава не расти, как там эти двое стрельнутых будут выкручиваться.
Только работа монотонная, роста ноль, не над кем расти. Да и куда?
Производственные операции не алгоритмизируются, роботизацию не встроить в процесс,
инвестиции – и те вкладывать некуда. Тоска!

То ли дело – складское дело!

Ладно тебе, давай без обид, я же не со зла! Лучше давай накатим
за классическое профессионально-техническое образование!

Ну так вот.
И начал я снова работать по складскому хозяйству, логистике и охране матценностей.
Потом расширил квалификацию до ведущего специалиста по хранилищам драгметаллов.
Потом банки начали появляться, тоже специалисты понадобились.
Где только ни работал.

То у Жака де Моле кладовщиком служил, то у Бена Бецалеля поставщиком хитрых материалов,
то у Томаса Грешема работал в Лондонских доках – придумал ему страхование грузов на море.
С венецианцем одним весёлым у принца де Линя работал: придумали с ним под банкой игруху забавную,
«лотерея» назвали – не эрпэгэ про Трою, но тоже смешно. Потом золотой стандарт пытался ввести
Людовику Французскому, чуть не погорел на этом деле. Еле откупился от ревтрибунала Робеспьерова,
а то гильотина – такое дело, может, она и от бессмертия лечит, не только от перхоти и мигрени.

Не стал проверять.

И бросало меня по всей Ойкумене, от Сиама до Юкатана. С кем только не сводила жизнь.
С Диего де Ланда, с Ротшильдами, с Цинь Шихуаном, с Морганами, которые Пирпойнты,
и просто Морганами, с Канкриным, с Ода Набунага, с Рокфеллерами, с Витте,
с Габсбургами вообще со всеми – вся их логистика моя, с Ли Куан Ю работал и даже
с Серго Орджоникидзе в Тяжмаше. Наработал себе имя, да! Со временем клиенты с рук на руки стали передавать.

И вот, лет сто назад, пригласили меня в Россию, Киммерию нашу бывшую. Там дерзкая братва
как раз очередной квест-эрпэгэ затеяла, и хорошего такого масштаба, я тебе скажу, – аж на два континента.
Для начала. Но опыта и квалификации у пацанов – ноль. Облажались они, конечно, сначала очень сильно.
Все мои старые наработки перебрали: ребрендинг территории, золотой стандарт, лотереи –
никак не получалось раскрутиться. Пригласили меня.

Подправил им маленько, вроде получше пошли дела.

Но поскольку софт прописан был ну совсем криво, да и боялись они мне все пароли от игрухи выдавать,
и все коды на себя записали, то отдельные миссии ещё получались иногда, ну, там, индустриализация,
оборонка на неплохом уровне, потом космос, освоение целины сперва пошло неплохо.
Гефест там, кстати говоря, мелькнул на танковом заводе, когда они миссию по войне проходили, ага.
Он, правда, не признался, хотя, может, и на самом деле не узнал. Столько лет прошло, ну что ты.
В конце концов у русских крякнулось всё, из-за изначально кривых установок в софте.
Последние полвека идёт чотко под уклон. Олигархов себе завели тупее фиванских, кроме как украсть,
ничего не умеют. В персидских сатрапиях у Кира или Дария и то повыше были у чиновников квалификации.
Но народ неплохой, хоть и глупый совсем, невредный народ. Девчонки вообще ух, хотя девчонки много где ух,
тебе ли не знать.

Ну, давай за девчонок!

Да ничего, за них можно и не раз накатить.

А я, знаешь, как-то прикипел, поживу пока здесь. В командировки по миру, конечно, езжу –
помнят, зовут, да.

Ты как вообще сам-то?

Я тебя сразу узнал по невидимым золотым крылам. Такой скилл – зрение во всех божественных диапазонах –
я тоже себе прихватил, ага.

А ты всё так же, я смотрю, – всё постреливаешь любовными стрелками. И лук, смотрю, у тебя всё тот же,
гефестовой работы, – ну, это вещь на века, понимаю, пообтёрся только мальца.

А остатки сусеков я все раздал, ага, давно уже, что ты. Пусты сусеки Кронидовы! Как есть пусты!
Нет ничего совсем, поздно ты пришёл ко мне. Ну, может быть, немного и осталось чего, но так сразу я не скажу,
будем посмотреть. А тебе чего нужно-то? Хочешь смирения и кротости, а, Купидоныч?
Не для себя, так для Психеи, например? Ну ладно тебе, я же пошутил. По доброму, по-семейному.

Давай лучше за нас выпьем!

У меня сейчас совсем другие склады, знаешь ли. Вроде бы и с теми же ништяками,
но немножко совсем другими. И наименования и номенклатура очень сильно поменялись.

Гормональный ребилдинг организма? Это ж как раньше-то называлось? Не припомню что-то.
По каталогам надо смотреть, искать надо, может, и завалялось где. Позвони во вторник-среду через неделю, 
я проверю по ведомостям.

Слушай, мне уже пора, извини, стрела была давно забита с важными людьми, нужно быть.
Но если что, то для тебя-то я всегда постараюсь, ты же знаешь, обращайся, ага.

Но и ты, если что выяснишь про маманю мою, а именно: фио, дата и место рождения, годы жизни,
место упокоения, может трудовая ейная найдётся или что ещё, то заходи.

Но только не приноси мне туфту, ладно?

Я про документы давно уже знаю всё.

Хорошо посидели, брат Эрос.

Почаще нам нужно встречаться, посродственней быть. Давай хоть лет через тысячу, что ли,
опять встретимся случайно и опять хорошо посидим.
Ну бывай!

7_2_Смирение_00

Смирение и Кротость
2009
Дерево, хлопок, лён. Акрил, эмаль
68 × 72 × 5
Tags: Книга_Букв
Subscribe

Posts from This Journal “Книга_Букв” Tag

  • Литерная ёлочка

    Мятясь житейской суетою, Сегодня властвую собою, А завтра прихотям я раб. Григорий Державин. Фелица ГЛЯДИШЬ на ёлочный…

  • Времена года в России

    Цифры никогда не врут. Ирвин Уэлш. «Сексуальная жизнь сиамских близнецов» ПОЧТИ тыщщу лет новый год в России начинался осенью, 1…

  • Производственный кумир

    Недостаток честолюбия – проклятие рабочего класса. Терри Пратчетт. «Незримые академики» Сашкин! Буду поздно.…

  • Семейный тотем

    Семейный тотем Затем приблизились к трону Соломонову три брата, судившиеся о наследстве. Александр Куприн. «Суламифь»…

  • Личный секретик

    Отличная вещица, уверяю вас, и забавная. Уильям Шекспир. «Сон в летнюю ночь» — А пойдём секретик делать? Секретик…

  • Береги интерлиньяж смолоду!

    Береги интерлиньяж смолоду! А вот кто-то совсем недавно рубил дрова. Владимир Арсеньев. «В горах Сихотэ-Алиня» История…

  • Персональный оберег

    в процессе изготовления больших и мощщных картинок о судьбах Родины о любви об ангелах и других важных сущностях делали мы время от времени и…

  • Непокорный главою

    со мной в возрасте около тридцати годов случилось удивительное я вдруг обнаружил что люблю Пушкина обнаружил что мне нравятся стихи Пушкина…

  • Долины богов, долины царей

    сезон коронавируса в Венгрии в целом закончился прививку сделали уже около 70 % населения и этот процесс продолжается статистика…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments

Posts from This Journal “Книга_Букв” Tag

  • Литерная ёлочка

    Мятясь житейской суетою, Сегодня властвую собою, А завтра прихотям я раб. Григорий Державин. Фелица ГЛЯДИШЬ на ёлочный…

  • Времена года в России

    Цифры никогда не врут. Ирвин Уэлш. «Сексуальная жизнь сиамских близнецов» ПОЧТИ тыщщу лет новый год в России начинался осенью, 1…

  • Производственный кумир

    Недостаток честолюбия – проклятие рабочего класса. Терри Пратчетт. «Незримые академики» Сашкин! Буду поздно.…

  • Семейный тотем

    Семейный тотем Затем приблизились к трону Соломонову три брата, судившиеся о наследстве. Александр Куприн. «Суламифь»…

  • Личный секретик

    Отличная вещица, уверяю вас, и забавная. Уильям Шекспир. «Сон в летнюю ночь» — А пойдём секретик делать? Секретик…

  • Береги интерлиньяж смолоду!

    Береги интерлиньяж смолоду! А вот кто-то совсем недавно рубил дрова. Владимир Арсеньев. «В горах Сихотэ-Алиня» История…

  • Персональный оберег

    в процессе изготовления больших и мощщных картинок о судьбах Родины о любви об ангелах и других важных сущностях делали мы время от времени и…

  • Непокорный главою

    со мной в возрасте около тридцати годов случилось удивительное я вдруг обнаружил что люблю Пушкина обнаружил что мне нравятся стихи Пушкина…

  • Долины богов, долины царей

    сезон коронавируса в Венгрии в целом закончился прививку сделали уже около 70 % населения и этот процесс продолжается статистика…